• "Историческая призма": 1920-е. Как дашнаки использовали Иран для создания "великой Армении"

После падения Араратской республики и советизации Армении в конце 1920 года, многие дашнаки бежали в соседние страны, в том числе в Персию (в 1935 году название государства было официально изменено с Персии на Иран). В Персии значительная их часть сосредоточилась в Южном Азербайджане.

Здесь дашнаки начали создавать свои организации и вели активную антисоветскую деятельность.

Согласно 5 статье советско-персидского договора от 26 февраля 1921 года, стороны обязывались не допускать на своей территории образования или пребывания организаций или групп, как бы они ни именовались, или отдельных лиц, ставящих своей целью борьбу против Персии и России. Об этом и о враждебных действиях дашнаков против Советов не преминул напомнить в телеграмме от 30 сентября 1921 г. послу Персии в РСФСР нарком иностранных дел Советской России Г.Чичерин.

"По официальным донесениям, которые поступают к нам, положение в том, что касается активности дашнаков на пер­сидской территории, представляется весьма серьезным; неко­торые из них проникли в Карадаг и находятся на службе Амира Аршада, который получает в Тебризе субсидии от англичан. Пользующийся широкой известностью дашнак Нжде формирует из этих беженцев военные части. Это контррево­люционеры, полные ненависти, которые не воспользуются ни­какой объявленной им амнистией. В самом Тебризе пресло­вутый "комитет спасения родины" во главе с дашнаком Врацяном открыто проводит свою деятельность. В этом городе персидские власти отнюдь не могут ссылаться на отсутствие реальной власти. Их терпимость в отношении так назы­ваемого армянского контрреволюционного правительства является прямым нарушением статьи V Московского до­говора. Российское Правительство протестует против такого на­рушения договорных обязательств, связывающих Россию с Персией, и требует немедленного прекращения такого поло­жения вещей в Тебризе, а равно принятия эффективных мер для его прекращения в Карадаге; оно требует, чтобы так на­зываемое правительство Врацяна было полностью ликвиди­ровано, чтобы дашнаки на территории Персии были разо­ружены, а их банды и отряды были распущены, а сами они были вынуждены покинуть Персию и как бандиты, перешедшие границу, были арестованы и переданы в руки советских властей".

Ранее, 26 июля 1921 года, Г.Чичерин от имени правительства Советской Армении просил у персидского посла выдать членов банды Нжде, которые после поражения в Зангезуре бежали в Персию. Однако в ответных телеграммах от 28 июля и 5 октября 1921 года персидский посол Мошавер-оль-Мемалек полностью игнорировал доводы советского наркома: "Что касается армянских беженцев в Персии, считаю своим долгом на­помнить Вам, что означенные беженцы явились в Персию совершенно без оружия и что они просили только, чтобы им была обеспечена безопасность для того, чтобы возвра­титься к своим очагам. Обращаясь к вопросу о вооруженных армянских единицах, считаю своим долгом довести до Вашего сведения о том, что означенные единицы, в том случае, если они существуют, являются, вероятно, армянами – персидскими подданными, которые согласно конституционным законам пользуются равноправием и служат в рядах казаков, жандармерии и других вооруженных сил, которыми располагает Персидское Правитель­ство".

Вслед за Чичериным 15 декабря 1921 г. министру иностранных дел Персии обращается полномочный представитель РСФСР в Персии Ф.Ротштейн. В письме посла отмечалось: "На мои две ноты от 6 августа и 25 октября сего года и на мои многократные устные заявления относительно недопустимости организации и агитации дашнакских групп на персидской тер­ритории я, к сожалению, до сих пор не получил удовлетво­рительного ответа, и на все мои настояния разоружить, интер­нировать или другим способом обезвредить их, со стороны ва­шего Правительства до сих пор не последовало соответствую­щих действий. Между тем, имеющиеся у меня точные сведения рисуют реальную угрозу союзной с нами Советской Армении со стороны означенных групп, которые ныне возглавляются даже "правительством", дающим политические и военные ди­рективы и имеющим своего представителя в Тегеране в лице г.Аргутинского. Этот последний, мне доподлинно известно, продолжает пользоваться печатью и паспортными бланками свергнутого армянским народом дашнакского правительства и даже имеет возможность посылать и получать шифрован­ные телеграммы через персидский телеграф... Одновременно, как мне известно, на терри­тории Персии имеется организованный вооруженный отряд дашнаков и отдельные террористы, угрожающие жизни и без­опасности всех тех, кто осмеливается бороться с деятельностью дашнаков. Такие явления абсолютно недопустимы с точки зрения не только Русско-Персидского договора, но и вообще между­народного права, и я вынужден, милостивый государь, вновь обратиться к Вам с требованием положить предел преступной организации дашнакских сил путем интернирования или вы­сылки всех дашнакских главарей и немедленного разоруже­ния и расселения всех дашнаков, бежавших из Советской Ар­мении. Не желая видеть какого бы то ни было нарушения дружеских добрососедских отношений между Персией и Российской Советской Федерацией, я предупреждаю ваше Правительство против могущих возникнуть тяжелых ослож­нений вследствие учинения, с попустительства вашего Пра­вительства, какого-либо нападения на Советскую Армению или отдельных террористических актов на персидской терри­тории".

Телеграммы подобного содержания были посланы Ф.Ротштейном также 18 января, 11 февраля, 12 марта 1922 года. Отдельно были направлены телеграммы от имени полномочного представителя Советской Армении. 22 апреля 1922 года была послана совместная телеграмма полномочного представителя РСФСР в Персии Ф.Ротштейна и полномочного представителя Советской Армении в Персии Саркисяна.

В ней отмечалось: "Дашнакцаканы продолжают энергично развивать свою преступную деятельность. Пользуясь выборами в Меджлис, они отправили своих агитаторов в различные провинции, где эти агитаторы ведут злостную агитацию против Советской Армении и Советской России. В Тебризе дашнакцаканы по-прежнему заняты организацией и вооружением гайдукского отряда, причем, они одновременно тайком перевозят оружие из муджумбарского склада в Зангезур, надеясь поднять там восстание. В Реште председатель дашнакского комитета д-р Тертерян ведет самую возмутительную агитацию против Советской России. В то же время председатель восточного бюро "дашнакцутюн" Рубен-паша со своими маузеристами разъезжает свободно по различным городам Персии и повсюду организует группы для активной борьбы с Советскими Правительствами. На основании всего вышеизложенного... мы заранее заявляем на случай каких-либо террористических актов со стороны "дашнакцутюн" против отдельных советских представителей или их друзей или учинения где-либо восстания подосланными ими из Персии агентами или каких-либо других осложнений в результате их преступной деятельности в Персии, что мы оставляем за собой всю свободу действий к ограждению безопасности Советских Республик. В то же время мы выражаем уверенность, что Персидское Правительство, в целях недопущения такого осложнения в дружественных отношениях с Россией и союзных с ней Советских Республик, не преминет само принять неотложные меры к ликвидации столь затянувшейся в Персии преступной деятельности "дашнакцутюн"".

В отличие от предыдущих телеграмм персидской стороны тон ответной телеграммы министра иностранных дел Хаким-оль-Молька от 3 мая 1922 г., адресованного полномочному представителю РСФСР в Персии Ф. А.Ротштейну, носил более мягкий характер. В ней министр иностранных дел отчитывался о проделанной работе: "Персидскими властями были приняты своевременно все надлежащие меры, как-то: обезоружение упомянутых беженцев, высылка их вождей, возвращение на родину значительных контингентов беженцев. Я тотчас же по получению упомянутой ноты снова сделал настоятельное представление азербайджанским властям (имеется ввиду наместник Южного Азербайджана) относительно расследования деятельности и организационной и мобилизационной работы дашнаков. Согласно полученной недавно от азербайджанского наместничества ответной телеграммы, в настоящее время в Тебризе из всех прежних армянских главарей осталось всего 25 человек, которые не имеют оружия, не организованы и не дают никаких поводов предполагать, что ими ведется какая-либо работа, враждебная Советской России и Армении. Что же касается склада оружия в Муджумбаре, о котором Вы пишете, то мною был дан приказ о том, чтобы этот склад был немедленно захвачен и конфискован. Относительно поездок Рубен-паши, который совершает путешествия в "различные места" и организует "повсюду" группы и отряды, имею честь уведомить Вас, что вышеупомянутый был прежде выслан из Азербайджана и несколько времени тому назад вместе с Нжде уехал в Константинополь".

Однако несмотря на все заверения персидской стороны о недопустимости в будущем каких-либо враждебных действий дашнаков с территории Ирана в отношении СССР, они продолжались, и, по всей вероятности, не без ведома шахского правительства.

В ноте Народного комиссариата иностранных дел СССР посольству Персии в СССР от 24 мая 1930 года отмечалось: "Организация дашнаков, почти не скрывая этого от местных властей, имеет склад оружия в селении Муджумбаре около Тебриза, который находится в ведении хумбапета Япона. В самом Тебризе все дашнаки вооружены, и полиция ничего не предпринимает для изъятия у них оружия".

Народный комиссариат иностранных дел считал необходимым безотлагательно выслать из Тебриза и персидского Азербайджана весь состав дашнакского комитета, а также всех членов и представителей этой организации, ликвидировать склад оружия партии Дашнакцутюн в Муджумбаре, снять и удалить из персидского Азербайджана армянского епископа Нерсеса Мелик Тангиана, члена дашнакской организации и активного руководителя враждебной СССР деятельности эмигрантов.

Однако, персидское правительство не принимало никаких действенных мер против дашнаков. Как следует из данных иностранного отдела ГПУ ЗСФСР от 15 мая 1932 года, в Тебризе, где в это время проживало 15 тысяч армян, дашнаки по-прежнему имели свою организацию, насчитывавшую более 330 человек, склады оружия, которые находились не только в помещениях партии, но и армянской в церкви. Таким образом, накануне Второй мировой войны территория Южного Азербайджана превратилась в настоящее дашнакское гнездо.

Учитывая сложные отношения между Советским Союзом и Пехлевийским Ираном, а также постепенное сближение последней с фашистской Германией, дашнаки надеялись в случае большой войны использовать данные противоречия для реализации своих планов по свержению советской власти в Армении и расширению ее территорий за счет соседних Турции, Грузии и Азербайджана.

Ильгар Нифталиев,

доктор философии по истории, ведущий научный сотрудник Института Истории им.А.А.Бакиханова НАН Азербайджана

 

 

05.11.2018 11:45
Категория История


Источник Day.az